«Жена — не главный критик»: Ramil’ — о новом альбоме «Серые мысли», треке про жену и участии в «Звёздах в Джунглях»

Сегодня Ramil’ выпустил свой первый за три года альбом «Серые мысли». Это лиричный и искренний релиз о внутреннем разговоре человека с самим собой и с тем, кого он любит. После лид-сингла «Что у нее внутри», покорившего TikTok, в релиз вошли 8 треков, где мрачный альт-поп переплетается с исповедальной лирикой. Специальными гостями стали Баста и TIGO.

Центральный образ альбома — серый цвет: не как символ пустоты, а как состояние между светом и тьмой. Это оттенок сомнений, рефлексии, зрелых эмоций и честных признаний. В поддержку альбома музыкант отправится в большой тур по России с концертами в Москве и Петербурге.

В день релиза мы поговорили с Ramil’ о состоянии, в котором рождался альбом, о личной жизни, о коллабе с Бастой и участии в шоу «Звезды в Джунглях». А еще — змеях и о том, какой трек будет самым тяжелым для его жены.

Этот альбом — про какое состояние внутри тебя?

Ramil’: Это альбом про тихое, пограничное состояние — когда внутри не буря и не покой, а что-то между. Про разговор с собой, который обычно происходит шёпотом: вечером, в полутьме, когда остаешься наедине с мыслями и чувствами к близкому человеку. Про сомнения, страхи, уязвимость, про попытку честно признаться себе в том, что не всегда получается сформулировать вслух. Это не «чёрное» и не «белое» — это серые оттенки чувств, знакомые почти каждому.

Какой трек с альбома самый болезненный для тебя?

Ramil’: Самый болезненный трек для меня — «Лед по весне». Этот трек — про медленное расставание и попытку удержать тепло, которое уже уходит. О том самом пограничном состоянии — между любовью и прощанием, между надеждой и принятием, где боль не кричит, а медленно оседает, как сажа после пожара.

Почему ты решил поработать именно с Бастой и TIGO?

Ramil’: С Василием Михайловичем я мечтал поработать с тех времен, когда пел песни перед зеркалом. Для меня большая честь работать с ним.
С TIGO у нас уже не первая совместная работа, с ним все получилось спонтанно. Мы часто пересекаемся на студии и в один из дней без ожиданий и громких планов случилось что-то очень настоящее, душевное.

Есть ли в новом альбоме треки, напрямую связанные с конкретным человеком, твоей женой?

Ramil’: Прослушав трек “Завтра” Вы все поймете.

Ты больше боишься повториться или потерять часть аудитории, меняясь?

Ramil’: Скорее — повториться. Потерять часть аудитории, меняясь, страшно, но это честный риск. А вот застрять в самом себе, начать воспроизводить знакомые эмоции и формы просто потому, что они «работают», — это уже потеря куда глубже. Тогда исчезает живое чувство, ради которого всё и начиналось. Меняться — значит идти за своим состоянием, даже если оно не совпадает с ожиданиями слушателя. Кто-то уйдёт, но кто-то услышит именно это.

Брак сделал тебя спокойнее или, наоборот, лишил той внутренней турбулентности, из которой рождались сильные треки?

Ramil’: Брак меня не успокоил до тишины и не лишил эмоций. Он просто всё расставил по местам. Раньше внутри было больше хаоса — из этого рождались резкие треки. Сейчас меньше надрыва, но больше глубины. Я по-другому чувствую, по-другому переживаю, и музыка тоже стала честнее.

Ты считаешь, что артисту полезно быть «немного несчастным». Брак мешает этому состоянию или даёт новую глубину?

Ramil’: Я думаю, артисту полезно быть не «несчастным», а чувствующим. Да, из боли часто рождаются сильные вещи — потому что она обостряет. Но это не единственный источник. Брак ничего не забрал — он дал другую глубину. Эмоции стали тише, но честнее. И музыка от этого только выиграла.

Жена — твой главный критик или ты не пускаешь её в творческую кухню?

Ramil’: Жена не главный критик — я скорее делюсь с ней тем, что уже готово или почти готово. В творческую кухню пускаю не полностью, потому что для процесса нужен свой мир.

Если бы твоя жена послушала новый альбом от начала до конца, в каком месте ей было бы тяжелее всего?

Ramil’: Думаю, самым тяжелым для неё будет тот момент, где я открыто говорю о потерях и недосказанности — о чувствах, которые долго хранил внутри. Там нет защиты, только честность и уязвимость.

Расскажи о своем участии в «Звезды в Джунглях». Казалось, что ты пришел туда не за деньгами, а просто ради участия. Это так?

Ramil’: Мое участие в проекте было незабываемым для меня точно. Вообще я предпочитаю уют, но мне было интересно принять вызов испытать себя. К сожалению или счастью, главную фобию побороть у меня не получилось. Страх оказался сильнее.

Был ли момент, когда ты подумал: «Зачем я сюда пришёл?»

Ramil’: Конечно, в серии, где для меня было испытание лечь в «гроб» со змеями.

Повлияло ли шоу на твоё творчество или будущие тексты?

Ramil’: Я скажу так, повлияло не само шоу, а мое присутствие там. За время, что был на проекте, я много что взвесил касательно работы, жизни….

Есть ли страх, который ты до сих пор не победил?

Ramil’: 100% есть, мой самый большой страх — ЗМЕИ